Tasiette
Она не остановилась, потому что была самолюбива - она будет идти столько, сколько понадобится, не век же длиться этому пути.
— Как ты чувствуешь себя? После предыдущей тренировки?
— Все тело болит.
— А завтра утром ты будешь чувствовать себя еще хуже.
— Ну и что?
— А то, что лучше начать сейчас, пока тебе… не так уж плохо.
— Где тут логика, интересно? — взвилась я.

— Могут ли гадюки быть бешеными?
— Не вижу причин, почему бы и нет. Все могут, так мне кажется. — Он открыл для меня дверь в коридор. — Хотя… канадские гуси могут быть хуже гадюк.
— Канадские гуси смертоноснее гадюк?
— Ты когда-нибудь пробовала кормить этих маленьких поганцев? — Он пытался говорить серьезно, но у него ничего не получалось. — Они жуть какие злые. Если бросить тебя гадюкам, ты умрешь быстро. Но гуси? Это может затянуться и на несколько дней. Гораздо мучительнее.

- Знаешь, не будь ты такой психованной, с тобой было бы забавно поболтать.
- Удивительно, но я думаю то же самое о тебе.

Если ты столь очаровательна, когда устала, раздражена, и столь великолепна с синяком под глазом и в лыжных одежках, то на высоте положения ты, должно быть, просто разрушительна.

— Может, хватит, Дмитрий? — Я швырнула сумку на пол. — Я, конечно, понимаю, что сейчас это хит в Восточной Европе, но неужели нельзя послушать что-нибудь, записанное ещё не до моего рождения?
Не меняя позы, он сверкнул на меня глазами.
— Какая тебе разница? Слушаю-то я, а ты будешь бегать снаружи.

Я развернула записку, разобрать почерк Адриана оказалось нелегко. Если он и в самом деле собирается писать мне приглашение на свидание, пусть уж лучше печатает на машинке.

— И этот человек - твой отец?
— Так мама говорит.

Терпеть не могу, когда меня укоряют. В особенности терпеть не могу, когда меня укоряет он. И тем более не могу терпеть, когда, укоряя меня, он прав.

— Твое право — продолжать питать ко мне нежные чувства, но тебе придется долго ждать.
— Как долго?
— Не знаю.
— Это самое оптимистичное, что ты до сих пор мне говорила.

— Почему ты оказалась здесь?
— Потому что ты ударил меня по голове и притащил сюда.

— Ага. А ты обманщица. Я хочу посмотреть, как ты проглотишь свою гордость.
— Я уже две недели жую свою гордость, — проворчала я.

— Я и мои сигареты удаляемся, по крайней мере они проявляют ко мне уважение.

— Это очень странно — а когда я говорю про что-то «странно», ты знаешь, это серьезно.


@темы: Цитаты